.RU

§ 40. Римское право в Византии и на Востоке - А. Д. Рудоквас. И. А. Покровский и его "История римского права"


§ 40. Римское право в Византии и на Востоке


В кодификации Юстиниана римское право получило свое заключение; работа античного мира была закончена и сведена в компактную форму. "Теперь Римская империя могла погибнуть: римское право было приведено в такое состояние, что могло пережить создавшее его государство"[476].


И оно действительно пережило и явилось одним из существеннейших элементов в дальнейшем праворазвитии человечества. Создание античного мира, оно вошло в жизнь новых народов, стало жить с ними, и в этом смысле можно говорить о второй истории римского права.


Но эта вторая история была неодинакова на Востоке и на Западе (Европы). После Юстиниана жизнь римского права как бы разделяется на две ветви - восточную и западную. Восточная византийская ветвь, непосредственно примыкая к прежнему источнику праворазвития, на первых порах обнаруживает значительное оживление, но затем это оживление постепенно замирает, пока наконец эта ветвь не засыхает окончательно. Совершенно иначе складывается судьба западной ветви: на первых порах она кажется заглохнувшей и обреченной на гибель, но проходит некоторое время, она оживает, развивается снова и покрывает своими ростками весь западный мир.


Проследим историю обеих ветвей обстоятельнее и прежде всего обратимся к ветви восточной[477].


Первое время после издания юстиниановского Свода мы наблюдаем значительное оживление в области правоведения. Этому способствовало, во-первых, возбуждение, вызванное самими кодификационными работами, а во-вторых, реформирование юридического обучения, произведенное Юстинианом.


Как уже упоминалось выше, юридическое обучение в период абсолютной монархии продолжало существовать, концентрируясь в различных юридических академиях, из которых наибольшей известностью и покровительством со стороны государства пользовались академии Константинопольская и Беритская. Преподавание обыкновенно распределялось на четыре года, в течение которых ученики знакомились с юриспруденцией путем чтения и толкования избранных литературных произведений классических юристов, начиная с "Институций" Гая и кончая "Responsa" Папиниана и Павла. Юстиниан еще более придал официальный характер школам Константинопольской и Беритской: каждая из них имеет теперь по четыре профессора, получающих определенное жалование от государства. Вместе с тем Юстиниан произвел реформу и в плане юридического обучения, приспособив этот план к составу нового Свода. Учебный курс удлинен теперь до пяти лет: в течение первого года ученики читают под руководством профессора "Институции" Юстиниана и первую часть "Дигест" (книги I-IV, так называемые prоta); в течение второго, третьего и четвертого года - другие части "Дигест"; наконец, пятый год проходит в самостоятельном чтении учениками Кодекса[478].


В связи с новым законодательством и реформированным преподаванием оживляется и юридическая литература, хотя научной работе были поставлены границы. Издав свой Свод и опасаясь возобновления старых литературных контроверз, Юстиниан предписал впредь толковать Свод только из него самого, не прибегая к первоисточникам - к сочинениям классических юристов. Вследствие этого юридическая литература этого времени занимается главным образом изложением и толкованием отдельных частей "Corpus". Наиболее известными произведениями этого рода являются: из толкований на "Институции" - греческий парафраз Теофила (того, который был одним из авторов "Институций"); из толкований на "Digesta", так называемых indices, самый полный принадлежит Стефану; из толкований Кодекса - комментарий Фалалея. Но это оживление литературы не было прочным: уже при ближайших преемниках Юстиниана она увядает.


Развитие церковных учреждений и церковной юрисдикции вызывает потребность в сборниках, в которых находились бы церковные правила (каноны) и наиболее нужные извлечения из светского права (nÒmoi - законы). Так возникают церковно-правовые сборники, так называемые номоканоны.


Юстиниановский Свод продолжал быть основой византийского права, но постепенное изменение условий государственной жизни по истечении нескольких столетий не могло не вызывать у правительства сознания необходимости его приспособления. Первою попыткой такого приспособления является Эклога (Eklogº tîu nÒmwn), изданная при императоре Льве Исаврийском в 740 г. и составленная из всех частей юстиниановского Свода в извлечениях, а также из вновь изданных уставов - Устава о землевладении (uÒmoj'РwD:wu), Устава воинского (uÒmoj gewrgikÒj) и Устава торгового (uÒmoj straiwtikÒj).


Но более полная переработка юстиниановской кодификации была произведена в конце IX и начале X в. Между 870 и 879 г. императором Василием Македонянином был издан так называемый Прохирон (ho proxejros nomos), сокращенное руководство для судей, наподобие Эклоги. Но в то же время им была начата и более обширная переработка при преемнике Василия - Льве Мудром (886-911). Этот наиболее полный памятник византийского законодательства называется Базиликами (ta Basilika); все части юстиниановского Свода переработаны и слиты в один кодекс, состоящий из 60 книг уже на греческом языке.


Как при Юстиниане, так и теперь законодательные работы Василия Македонянина и Льва Мудрого вызвали снова некоторое оживление юридической литературы. В течение X и XI вв. юриспруденция работает в двух направлениях. Во-первых, юристы толкуют и комментируют базилики; такие толкования называются схолиями, причем различаются толкования на основании юристов доюстиниановской эпохи, которые теперь являются уже юристами "древними" (толкования эти называются paragrafaj tоn palajоn), и толкования на основании юристов современных (так называемые neaj paragrafaj). Во-вторых, юристы пишут разнообразные сокращенные изложения и руководства - epitomaj, eklogaj, synopsejs, proheira и т.д. (одно даже в стихах, составленное неким Пселлом для императора Михаила Дуки в 1072 г.).


Но затем начинается новое увядание, и уже окончательное. Самым поздним памятником византийского права является так называемое Шестикнижие Арменопула, частная переработка права в шести книгах, составленная в 1345 г. фессалоникийским судьей Константином Арменопулом. Заслуживает упоминания эта компиляция только потому, что она является и до сих пор действующим правом в нашей Бессарабии.


Подвергаясь всем этим переработкам, римское право на византийской почве все более и более утрачивало те черты, которые делали его правом универсальным. Византия все более и более превращалась в государство со специфическими особенностями своего строя; общественные отношения утратили присущую цветущей поре Рима свободу индивидуальной самодеятельности. Вместе со всем этим и римское право в этой ветви должно было проделывать процесс, обратный тому, который оно совершило раньше, развиваясь от национального jus civile к общенародному jus gentium. Из права мирового оно делается правом одного и притом очень специфического государства, превращается снова в некое jus civile и вместе с тем утрачивает свою пригодность быть цементом, связующим международный оборот. Понятно, что византийское право могло оказать только слабое влияние за пределами своей страны (известное влияние, в частности, оно оказало на наше древнерусское право) и что эта ветвь была обречена на засыхание.


Примечания:


[476] Sohm R. Institutionen. 14-te Aufl. 1911. S. 153.


[477] Новейшее изложение истории византийского права – Siciliano Villanueva. Diritto bizantino.

Milano, 1906.


[478] Указанная реформа выражена Юстинианом в инструкции профессорам 16 дек. 533 г. – const. "Omnem"

(помещена перед "Digesta").


§ 41. Эпоха до глоссаторов


После падения Западной Римской империи в 476 г. на территории Италии образовалось королевство герулов, но в 493 г. их вытеснили остготы, пришедшие по приглашению восточного императора под предводительством Теодориха. На первых порах германцы как бы чувствуют некоторую зависимость от византийского императора, и Теодорих считается его наместником. После смерти Теодориха возникли споры о престолонаследии, и в 555 г. Италия снова подчиняется Юстиниану, причем и для нее вводится в действие "Corpus Juris Civilis". В 565 г. умер Юстиниан, а уже в 568 г. вторгаются лангобарды и занимают Италию, отрывая ее окончательно от Византии. В остальных частях бывшей Западной Римской империи образуются государства бургундов, вестготов, франков, вандалов и т.д.


Для римского права наступает темная эпоха. Долгое время казалось, что с водворением германцев римское право совершенно исчезло, что вместе с тем прекратилось и всякое его изучение. Когда затем в конце XI в. возобновилось изучение его в Болонье, то это представлялось полным воскресением римского права из мертвых.


Ближайшее исследование этого вопроса из XIX в. привело к иным выводам. Огромное значение в этом отношении имело капитальное исследование Ф. Савиньи "Geschichte des römischen Rechts im Mitte-lalter" (1-te Aufl. 1815 и следующих годов, 2-te Aufl. 1835-1851 г.). Результаты Савиньи вызвали всеобщее внимание, и целый ряд дальнейших работ пролил более яркий свет на эту дотоле темную эпоху[479].


Водворение германских завоевателей не прекратило действия римского права по отношению к покоренному населению - прежним поданным римского государства и их потомкам: они продолжали жить по своему праву, как германские покорители по своему. Как мы видели выше, некоторые из германских королей издали даже официальные сборники римского права - edictum Theodorici, "Breviarium Alaricia-num" и lex romana Burgundiorum. Вследствие этого для римского насе-ления оставались в силе источники римского права - в одних местах доюстиниановские, в других - юстиниановский "Corpus Juris Civilis". В частности, в Испании и Франции силу закона имел "Breviarium Alaricianum". В Испании, однако, в VII столетии он был заменен новым вестготским кодексом, который объединял римское и готское право; во Франции же он оставался в действии еще долгое время, особенно в южной, которая даже называлась поэтому "страною писаного права" (pays de droit écrit) - в противоположность северной, где получили преобладание франкские обычаи и которая называлась "страной обычного права" (pays de droit coutumier). Что касается Италии, то в ней, как сказано, был введен Юстинианом "Corpus Juris Civilis", который остался источником права для римлян и после того, как Италия снова отпала от Византии; но, по-видимому, "Digesta" оказывались уже не под силу новым судьям и на практике почти не употреблялись.


Большое значение в деле сохранения римского права имело также то обстоятельство, что церковь ко всем своим отношениям, то есть к спорам между церковными учреждениями (монастырями и т.д.) и отдельными ее служителями (clerici) применяла римское право - ecclesia vivit lege romana[480]. Вследствие этого, естественно, сфера действия римского права значительно расширялась.


Применение римского права к римскому населению и германского к германскому должно было приводить к значительным затруднениям тогда, когда в одном и том же правоотношении оказывались участвующими лицами и те, и другие. Во избежание этого часто уже при заключении сделки стороны сами определяли, по какому праву она должна обсуждаться. Затруднения эти усиливались еще тем, что у самих германцев не существовало единого, общего права, что каждое германское племя (лангобарды, франки и т.д.) имело свои собственные обычаи, не совпадавшие с обычаями других. Даже более того: внутри каждого племени в разных группах населения и в разных местах образовывались свои специальные и местные обычаи. Если ко всему этому прибавить присущую обычному праву вообще известную неопределенность и шаткость, то станет очевидно, насколько затруднительным должен был быть при таких условиях гражданский оборот.


Первое время все указанные затруднения, быть может, еще не давали себя особенно чувствовать. Экономическая жизнь покоренного населения вследствие войн и опустошений, сопровождавших передвижение народов, была, конечно, подорвана. С другой стороны, германцы, осев на новых местах, еще продолжали вести жизнь, в экономическом отношении несложную. Для оживленного гражданского оборота данных еще не было.


Мало-помалу, однако, мир начинает оправляться от пережитых потрясений. Оживает торговля, расцветают торговые центры - города, возникают в разных местах ярмарки. Снова на почве этой международной торговли сталкиваются люди разных национальностей, завязываются сложные деловые отношения. Вместе с тем снова, как некогда в Риме, вырастает потребность в таком праве, которое могло бы регулировать эти торговые отношения вне всяких местных и национальных особенностей, в праве настолько развитом, чтобы в нем могли найти себе удовлетворение нужды развивающегося и усложняющегося гражданского оборота. Германские разрозненные обычаи, создавшиеся к тому же еще на почве неразвитого, натурального хозяйства, этим запросам удовлетворить не могли; но могло удовлетворить им в полной мере римское право. И действительно, в течение IX, X, XI вв. спрос на римское право заметно усиливается; об этом свидетельствуют и различные рассказы современников, и дошедшие до нас документы - деловые сделки и судебные протоколы. Все отмеченные выше затруднения, возникавшие на почве чрезвычайного смешения nationes[481], все более и более приводят к тому, что сфера применения римского права растет. Вместе с тем растет и потребность в более точном знании его источников: если вначале оборот мог довольствоваться юстиниановскими "Институциями" или компиляцией Алариха, то теперь более сложные отношения начинают требовать обращения к основной части юстиниановского Свода - к дотоле забытым "Дигестам".


Если, таким образом, действие римского права не прекращалось, то, очевидно, не могло прекратиться и изучение его, хотя бы самое элементарное.


Вообще, представление о полной гибели культуры в эту эпоху было бы ошибочным; не замерли вполне наука и искусство, - уже церковь была заинтересована в их сохранении. Под ее покровом созидаются общеобразовательные школы artium liberalium[482], делившиеся на два курса - trivium и quadrivium; в первый входило преподавание грамматики, диалектики и риторики, во второй - арифметики, геометрии, астрономии и музыки. При преподавании риторики вводили обыкновенно некоторый юридический элемент - так называемый genus judiciale, то есть судебное красноречие, для которого неизбежно было знакомство хотя бы с самыми общими началами права. И действительно, от этого периода на всем его протяжении до нас дошли многочисленные свидетельства того, что известное знакомство с "leges romanae" являлось обычным составным элементом общего образования.


Но, кроме элементарного изучения римского права в школах artium liberalium, несомненно, существовало и специальное, более обстоятельное изучение его, поскольку это было необходимо для профессии нотариусов, для отправления судейских функций и т.д. То там, то здесь появлялся какой-нибудь знаток права, какой-нибудь "juris lectione peritus"[483], к которому и стекались для обучения лица, чувствовавшие в том потребность - совершенно так же, как это было в свое время в старом Риме.


В некоторых местах таким путем возникли и специальные юридические школы: ученики продолжали дело своего учителя. Юрист XIII в. Одофред рассказывает, что знаменитой школе в Болонье предшествовали другие школы. Вы должны знать, говорит он, обращаясь к своим слушателям, что прежде всего преподавание было в Риме, но потом вследствие войн оно там расстроилось и было перенесено в Равенну, откуда уже перешло в Болонью. Если сообщение Одофреда о римской школе не пополняется другими данными, то о школе в Равенне как крупном центре юридического преподавания в конце этой эпохи свидетельствуют и другие памятники. Так, например, кардинал Петр Дамиани в одном из своих сочинений, относящемся ко второй половине XI в., говорит о многих "sapientes civitatis Ravennae"[484]; очевидно, что для появления этих многих sapientes необходимо было довольно продолжительное существование школы.


Но школа в Равенне не была единственной; к этой же эпохе относится школа в Орлеане, пользовавшаяся уже довольно рано большой известностью, а также школа в Павии, юристы которой посвящали себя разработке лангобардского права. Вероятны школы и в других местах, в особенности на юге Франции, в Провансе. Параллельно росту практического спроса на римское право в X и XI вв. растут и юридические школы.


Вместе с тем начинает оживляться и юридическая литература. Элементарная литературная работа над источниками римского права, можно сказать, не прекращалась от самого Юстиниана. Эта элементарная работа проявляется в толкованиях, глоссах, к тексту законодательного памятника, которые приписываются или между строк (glossa interlinearis), или на полях (glossa marginalis) рукописи. Весьма возможно, что эти глоссы находятся в связи с преподаванием права. Особенно интересна с точки зрения исторической преемственности так называемая Туринская глосса к юстиниановским "Институциям": старейшая часть находящихся там глосс относится еще ко времени Юстиниана, но затем в X, XI и XII вв. к этой части по крайней мере четырнадцатью различными почерками прибавлены новейшие толкования. Это показывает, что "Институции" Юстиниана вместе со старыми глоссами были в течение всего периода постоянным учебником права. Но, кроме "Институций", глоссировались Кодекс и Новеллы, а также "Breviarium" и сборники лангобардского права.


В X и XI столетиях появляются уже и некоторые самостоятельные юридические произведения. Таковы: анонимные "Quaestiones ac monita"[485] - произведение, трактующее о ряде вопросов лангобардского и римского права; "Compendium juris"[486], состоящее из вопросов и ответов на разные юридические темы; "Epitome exactis regibus"[487] - сборник объяснений различных юридических терминов, и т.д.


Наибольший интерес, однако, представляют два следующие произведения: a) "Exceptiones legum romanarum"[488] некоего Петра - Petri exceptionis, произведение XI в., представляющее самостоятельное систематическое изложение римского права, хотя уже несколько модифицированного. Оно предназначается в предисловии для Одиллона, судьи в Валансе (в южной Франции), и состоит из четырех книг (лица, контракты, деликты и иски); источником для автора является уже весь "Corpus" Юстиниана, в том числе и "Digesta". b) В XVI в. ученый Иоганн Аппель нашел в Кенигсберге старую рукопись - "червями источенную и пылью весьма обсыпанную" ("tineis corrosum et pulveribus bene obsitum", - сообщает он в предисловии); рукопись эта оказалась старинным учебником римского права, которому было присвоено название "Brachylogus juris civilis"[489]. Ближайшее исследование этого произведения показало, что оно написано в конце XI или начале XII в., по-видимому, в Орлеане, и вне всякого влияния Болонской школы. Написан этот учебник на основании юстиниановского законодательства и "Breviarium" и настолько ясно, что он долго был в ходу и после того, как влияние Болонской школы стало повсеместным.


Все эти данные неопровержимо свидетельствует о непрерывном росте как применения римского права, так и его преподавания и изучения. Но юриспруденция этого доболонского периода находилась в исключительных условиях.


Окружающая ее жизнь представляла необычайное смешение nationes и правовых систем; вследствие этого для юристов все правовые системы (римская, лангобардская и т.д.) являлись одинаково действующими, и грань между ними от постоянного трения в жизни стиралась. Юристы привыкали одну систему восполнять другою, причем наибольшее значение в смысле такого восполнения принадлежало римскому праву как наиболее разработанному: в юриспруденции Павийской школы рано образовалось убеждение, что для пополнения лангобардского права следует обращаться к римскому, что римское право есть общее право, lex generalis omnium[490]. С другой стороны, романисты Равенны принимали во внимание право лангобардское. В тех же случаях, когда правовые системы сталкивались между собой и противоречили друг другу, юриспруденция считала себя вправе выбирать между ними по соображениям справедливости, aequitas, вследствие чего эта aequitas возводилась ими в верховный критерий всякого права. Отсюда и дальнейшее воззрение, что и внутри каждой отдельной правовой системы всякая норма подлежит оценке с точки зрения той же aequitas, что норма несправедливая при применении может быть отвергнута и заменена правилом, диктуемым справедливостью, "Sin vero aequitas juri scripto contraria videatur, secundum ipsam judicandum est"[491], - провозглашает упомянутый выше "Brachylogus"; то же правило мы находим и в Exceptiones Petri. Понятие aequitas при этом отождествляется с понятием jus naturale[492], и таким образом юриспруденция этого времени по своему общему и основному направлению является предшественницей естественно-правовой школы позднейшей эпохи[493].


Примечания:


[479] Упомянем из них: Fitting H. Zur Geschichte des römischen Rechts am Anfange des Mittelalters. Halle, 1875; Die Anfänge der Rechtsschule zu Bologna. Halle, 1888; Stintzing R. v. Geschichte der deutschen Rechtwissenschaft. Bd I. München, 1880; Conrat M. Geschichte der Quellen und Literatur des römischen Rechts im früheren Mittelalter. 1889, 1891. Flach. Etudes critiques sur l’histoire du droit romain au moyen age. 1890 и др. Подробнее см. литературу: Виноградов П.Г. Римское право в средневековой Европе. Москва, 1910.


[480] Ecclesia vivit lege romana – "церковь живет по римскому закону". (Пер. ред.)


[481] Nationes – "народностей". (Пер. ред.)


[482] Artium liberalium – "свободных искусств". (Пер. ред.)


[483] Juris lectione peritus – "сведущий в обучении праву". (Пер. ред.)


[484] Sapientes civitatis Ravennae – "ученых города Равенны". (Пер. ред.)


[485] "Quaestiones ac monita" – "Исследования и предупреждения". (Пер. ред.)


[486] "Compendium juris" – "Сокращенное изложение права". (Пер. ред.)


[487] "Epitome exactis regibus" – "Выдержки [из ответов] спрошенных царей". (Пер. ред.)


[488] "Exceptiones legum romanarum" – "Выдержки из римских законов". (Пер. ред.)


[489] "Brachylogus juris civilis" – "Сокращенное изложение цивильного права". (Пер. ред.)


[490] Lex generalis omnium – "закон, общий для всех". (Пер. ред.)


[491] Sin vero aequitas juri scripto contraria videatur, secundum ipsam judicandum est – "однако,


если же справедливость представляется противоречащей писаному праву, должно судить, сообразовываясь с ней". (Пер. ред.)


[492] Jus naturale – "естественное право". (Пер. ред.)


[493] См.: Покровский И.А. Естественно-правовые течения в истории гражданского права. СПб., 1909. С.


4 и сл.


§ 42. Болонский университет и глоссаторы


В конце XI в. в Болонье возникает университет, который приобретает скоро всемирную известность и делается центром возрождающейся юриспруденции. Первые зачатки этой школы, однако, и доныне не вполне выяснены.


Не подлежит сомнению, что в Болонье уже ранее XI в. существовала довольно цветущая школа artium liberalium; весьма вероятно, сверх того, что при общем подъеме юриспруденции в XI в. и в Болонье встречались отдельные юристы, отдельные legum doctores[494], получившие образование в школах Равенны или Павии и преподававшие право в своем родном городе. Упоминавшийся выше Одофред рассказывает, действительно, о некоем Pepo, который был будто бы таким преподавателем права. Рассказ Одофреда подтверждается некоторыми другими данными: так, в одном судебном протоколе, относящемся к 1076 г., Pepo упоминается в качестве лица, участвовавшего в разборе дела, из чего можно заключить, что Pepo в это время пользовался известностью ученого и уважаемого юриста.


Но истинное возникновение Болонской школы связывается с именем Ирнерия. Ирнерий был уроженцем Болоньи; упоминается он в первый раз в судебном протоколе 1113 г. в качестве судьи, а в 1118 г. император Генрих V взял его с собою в Рим для того, чтобы он убедил народ в недействительности выбора папы Геласия II. Из этого видно, что к этому времени Ирнерий пользуется уже огромной известностью и авторитетом далеко за пределами своего города. Время его смерти неизвестно.


По сообщению того же Одофреда, Ирнерий был первоначально преподавателем риторики и диалектики в школе artium liberalium, но затем специализировался в области правоведения: причиной такого перехода к юриспруденции послужило будто бы перенесение рукописей "Corpus Juris Civilis" из Равенны. Но это последнее сообщение не заслуживает доверия: как мы видели выше, "Corpus" был уже широко распространен во всех юридических школах и до Ирнерия. Возможно, что самое преподавание риторики и диалектики заставило его углубиться в чтение источников римского права, в особенности "Дигест"; возможно, что Ирнерий взялся за преподавание права по инициативе Матильды, маркграфини Тосканской, которая желала создать конкурента Равеннской школе (Фиттинг). Во всяком случае, в конце XI столетия (по преданию, в 1088 г.) Ирнерий начал свое преподавание и этим положил начало знаменитому Болонскому университету и новому направлению в юриспруденции.


Скоро возле Ирнерия образовался круг его учеников, которые продолжали дело преподавания после его смерти; ближайшими учениками его были quattuor doctores[495]: Bulgaris, Martinus, Jacobus и Hugo. Слава Болонской школы росла; в нее стали стекаться большие массы слушателей из разных земель; ей стали оказывать покровительство императоры Священной Римской империи. В 1158 г. Болонской школе Фридрихом I была дана привилегия, в силу которой обучающиеся в ней иностранцы объявляются подсудными профессорам, вместо общих судов. Вместе с тем постепенно школа приобретает корпоративный характер учреждения, университета.


Прежде всего в корпорацию складывается приезжее студенчество. Естественно, что студенты, приезжая в чужую страну, ищут ближе сплотиться со своими земляками; так возникают союзы "nationes", землячества, называющиеся по имени той страны, откуда они происходят - Gallia, Portugalia, Provincia (французский Прованс), Alamania, Ungaria, Polonia, Boemia и т.д. Каждое землячество имеет своих выборных представителей (consiliarius, syndicus). Но есть много общих интересов для всех nationes; вследствие этого все землячества образуют в совокупности единую общую корпорацию во главе с выборным из среды студенчества ректором (rector). Эта-то корпорация всех nationes и есть universitas.


С другой стороны, мало-помалу превращается в корпорацию и преподавательский персонал - профессора. Для вступления в нее и для получения права преподавания необходима promotio - получение звания доктора (doctor), для чего необходимо выдержание особого экзамена и публичного диспута (conventus), который обыкновенно происходил в соборе.


Но отношения между студентами и профессорами на почве преподавания были совершенно частные: профессор читал, по общему правилу, у себя на дому тем слушателям, которые того желали; за слушание студенты должны были вносить профессору плату, им установленную. Плата эта не всегда вносилась аккуратно; по крайней мере, тот же Одофред жаловался: "Scholares non sunt boni pagatores, quia volunt scire, sed nolunt solvere: Scire volunt omnes, mercedem solvere nemo"[496].


Разумеется, город был в высокой степени заинтересован в процветании школы: проживание множества студентов, по большей части состоятельных, давало горожанам немалый доход. Вследствие этого городское управление всячески заботится о том, чтобы обставить это проживание наилучшим образом: так, например, квартиры оценивались особой комиссией таксаторов, в которую входили в равном числе выборные от города и от студенчества. Тем не менее иногда возникали между городом и студенчеством недоразумения и столкновения, переходившие временами в вооруженные смуты. Иногда в конце таких смут часть студенчества с частью профессоров переходила в другой город, и таким образом создавался новый университет (например, Падуанский, основанный выходцами из Болоньи в 1222 г.).


Чем же объясняется такой быстрый расцвет Болонской школы и в чем состоит ее значение в истории юриспруденции?


Выше было указано, что и до нее римское право занимало уже видное место в жизни и юриспруденции; но юриспруденция доболонского периода пользовалась им лишь в качестве материала при разрешении спорных вопросов жизни - наряду с другим материалом в виде права лангобардского и т.д. Конечным критерием при оценке этих материалов являлась aequitas. Вследствие этого юристы доболонской эпохи привыкли относиться к положениям римского права с известной свободой, считая самих себя призванными творить новое право на основе aequitas. Вместе с тем и всякий судья, воспитанный в этом духе, склонен был при решении спорных дел давать простор своему усмотрению, осуществляя то, что ему казалось in concreto справедливым.


На этой почве развивалось, конечно, известное правовое творчество, но в то же время и известная субъективность при решении судебных дел, которая легко могла перейти в судейский произвол. С другой стороны, это искание справедливости юристами доболонской эпохи вследствие неполного знакомства их с творениями классических юристов приводило их часто к решениям недостаточно продуманным, скороспелым. При более обстоятельном изучении римского права, особенно "Дигест", можно было прийти к выводам лучшим, именно с точки зрения aequitas.


В этом именно направлении и поворотил юриспруденцию Ирнерий. Первым лозунгом его и всей Болонской школы был призыв обратиться к более тщательному изучению источников, причем особенное внимание было обращено на центральную часть Юстиниана - "Дигесты". И действительно, Болонская школа изучила "Corpus" в совершенстве: ее трудами были установлены места параллельные и противоречивые и т.д.


С этим связана была и другая основная тенденция школы: в противоположность прежней свободе обращения с позитивным правом и свободе судейского усмотрения, Болонская школа требовала, чтобы судья, отказавшись от своих субъективных представлений о справедливости, держался положительных норм закона, то есть "Corpus Juris Civilis". Уже Ирнерий провозгласил, что в случае конфликта между jus и aequitas разрешение его принадлежит теперь только законодательной власти[497]. Тем не менее вопрос этот был спорным еще между ближайшими учениками Ирнерия: между тем как Булгар был последовательным продолжателем идей Ирнерия, Мартин сохранял еще воззрения доболонцев; оба лагеря вели между собой ожесточенную борьбу, причем булгаристы упрекали мартинистов в том, что та aequitas, которую последние пытаются ставить выше закона, есть "ficta aequitas"[498], и награждали ее насмешливыми эпитетами "aequitas Martiniana", "aequitas bursalis"[499] и т.д. В конце концов идеи Ирнерия и булгаристов одержали верх и стали общим тоном всей Болонской школы[500].


Вот это-то поставление во главу угла всей юриспруденции позитивного римского права, в особенности "Дигест", и углубление юридической мысли путем тщательнейшего изучения источников и дало господство Болонской школе. Скоро должно было обнаружиться, что решения римских юристов, истолкованные болонцами, лучше удовлетворяют потребностям развивающегося торгового оборота, чем свободные, "из себя" взятые решения юристов других школ. Мало-помалу создавалось убеждение, что истинное и полное знание можно получить только в Болонье; покровительство императоров подкрепляло это убеждение, - и прилив слушателей увеличивался.


Скоро по образцу Болоньи стали создаваться другие университеты в Италии (Падуя, Пиза, Перуджа и т.д.), Франции (Париж, Монпелье) и других странах; равным образом старые юридические школы (например, Орлеан) стали усваивать себе методы болонцев. Новое направление стало во всей юриспруденции Европы общим.


Юридическая деятельность Болонской школы выражается прежде всего в преподавании своим многочисленным и разноплеменным слушателям. Преподавание это состояло в чтении и комментировании источников. Комментирование выливается в толкования, которые диктуются профессорами слушателям и записываются последними. Толкования эти называются глоссами, вследствие чего и самая школа называется школой глоссаторов. Как мы знаем уже, метод глоссирования отнюдь не является изобретением Болонской школы; он исторически тянется еще от notae классических юристов и широко применялся юриспруденцией доболонской, в особенности в школах Равенны и Павии. Значение Болонской школы заключается не в методе глоссирования, а в том материале, который глоссировался ("Corpus" Юстиниана, в особенности "Digesta", которые до Болоньи были слабо изучаемы), и в том глубоком знании, которое при этом обнаруживалось.


Кроме глосс, но также в связи с преподаванием, глоссаторы пишут так называемые summae, то есть общие предварительные обозрения какой-либо части "Corpus" в виде введения к имеющему последовать чтению и комментированию, а также собранию разных юридических правил, так называемых brocarda. Но систематические изложения всего гражданского права школе глоссаторов были чужды.


Кроме упомянутых выше четырех ближайших учеников Ирнерия, виднейшими представителями глоссаторской школы являются: ученики Булгара Рогерий, Альберик и Иоанн Бассиан; затем, Плацентин, вынужденный вследствие ссоры со своим коллегой, Henricus de Vaila, бежать из Болоньи и основавший школу в Монпелье; Пиллий; Вакарий, насаждавший римское право в Англии, и упоминавшийся ранее неоднократно Одофред. Наивысшего пункта в своем развитии школа глоссаторов достигает при Аццоне Ацо (умер около 1230 г.): его глоссы и summae пользовались наибольшим авторитетом, его преподавание привлекало в Болонью огромное количество слушателей: рассказывают, что иногда у него собиралось до 10 тысяч, вследствие чего он должен был читать свои лекции на площади.


Но после Ацо школа начинает клониться к упадку; работа собирания и усвоения юстиниановского памятника была сделана; новые глоссаторы уже мало что могли прибавить к работам своих предшественников, и один из последних видных представителей школы, Аккурзий, завершает эту работу изданием избранных глосс всей школы под именем "Glossa Ordinaria" (около 1250 г.). Произведение это получило большое значение в теории и практике: в судах оно применялось впоследствии почти как закон.


Примечания:


[494] Legum doctores – "доктора права". (Пер. ред.)


[495] Quattuor doctores – "четыре доктора". (Пер. ред.)


[496] Scholares non sunt boni pagatores, quia volunt scire, sed nolunt solvere… Scire volunt omnes,


mercedem solvere nemo – "студенты нечестны, так как хотят знать, но не хотят платить… Знать хотят все, платить плату – никто". (Пер. ред.)


[497] См.: Glossa Irnerii, напечатанная в приложении у П.Г. Виноградова. [Виноградов П.Г.] Римское

право в средневековой Европе. С. 97.


[498] Ficta aequitas – "фиктивная справедливость". (Пер. ред.)


[499] Aequitas Martiniana – "мартинианская справедливость"; aequitas bursalis – "школярская


справедливость". (Пер. ред.)


[500] См.: Покровский И.А. Естественно-правовые течения в истории гражданского права. С. 9 и сл.



10-formi-promezhutochnoj-attestacii-po-itogam-praktiki-osnovnaya-obrazovatelnaya-programma-visshego-professionalnogo.html
10-iyunya-v-0900-informacionnij-byulleten-administracii-sankt-peterburga-21-672-7-iyunya-2010-g.html
10-kvantovaya-mehanika-i-chernie-diri15-kniga-predstavlyaet-soboj-sbornik-statej-vidayushegosya-fizika-sovremennosti.html
10-mln-shkolnikov-v-vozraste-do-17-let-budut-priviti-ot-gepatita-v-gosduma-rf-monitoring-smi-6-aprelya-2006-g.html
10-opredelite-termin-so-znacheniem-porozhdennij-exogenus-m-b-musohranova-k-ped-n-docent-zav-kafedroj.html
10-provedenie-dinamichnih-rezultativnih-vstrech-rendi-popal-v-samoe-yablochko.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/pasport-zdorovya-rabotnika-n-ob-utverzhdenii-perechnej-vrednih-i-ili-opasnih-proizvodstvennih-faktorov-i-rabot.html
  • textbook.bystrickaya.ru/jacques-bergier-zhak-bepzhe-stranica-10.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/psiho-fiziologicheskaya-zrelost2-globalnimi-i-regionalnimi-processami-socialnogo-i-ekonomicheskogo-razvitiya-prognozno-analiticheskij.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/programma-po-discipline-kriminologiya-moskva-stranica-2.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/strugackie-a-i-b-tri-civilizacii-i-malenkij-chelovek-v-nih-po-povesti-a-i-b-strugackih-ulitka.html
  • literatura.bystrickaya.ru/seminar-proektirovanie-i-stroitelstvo-setej-sooruzhenij-i-obektov-svyazi.html
  • lesson.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-po-discipline-050706-pedagogika-i-psihologiya-uchebno-metodicheskij-kompleks-sostavitel-st-prepodavatel-stranica-10.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/konkurs-zhariyalajdi-ostanaj-oblisi-kmdgn-blm-basarmasi.html
  • college.bystrickaya.ru/14-obady-a-zvyky-na-morav-spojen-stancem-nastoyashaya-diplomnaya-rabota-posvyashena-folkloru-russkim-i-cheshskim.html
  • lesson.bystrickaya.ru/tehnicheskie-i-ekonomicheskie-aspekti-perehoda-na-spo.html
  • znanie.bystrickaya.ru/azastan-respublikasi-kmetni-2000-zhili-7-zheltosandai.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/vmoej-nebolshoj-biblioteke-sohranyayutsya-lish-te-knigi-k-kotorim-ya-postoyanno-vozvrashayus-stranica-5.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/otchet-o-vipolnenii-nauchno-issledovatelskoj-raboti-po-teme-stranica-20.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/religiozno-civilizacionnie-vibori-vospitaniya-chast-2.html
  • klass.bystrickaya.ru/4-licenzirovanie-obrazovatelnih-uchrezhdenij-plan-raboti-upravleniya-obrazovaniya-administracii-pervomajskogo-rajona.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/rasporyazhenie-po-dekanatu-ochno-zaochnoj-i-zaochnoj-form-obucheniya-istoricheskogo-fakulteta-ot-07-02-2009-o-dopuske-k-pereekzamenovkam-po-itogam-zimnej-sessii-20082009.html
  • teacher.bystrickaya.ru/fao-mirovie-ceni-na-prodovolstvie-dostigli-rekorda-v-fevrale-rinok-molochnoj-produkcii-rf-poluchatel.html
  • universitet.bystrickaya.ru/struktura-centra-gsen-organizaciya-i-osnovnie-napravleniya-ego-raboti-obshestvennoe-zdorove-i-zdravoohranenie.html
  • report.bystrickaya.ru/kalendarno-tematicheskij-plan-kursa-ekonomika-ssha-dlya-studentov-iv-kursa-f-ta-meo.html
  • lesson.bystrickaya.ru/s-n-bakunin-2011-g-stranica-4.html
  • assessments.bystrickaya.ru/ekspertiza-v-tamozhennom-dele-respubliki-belarus.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/ochishenie-organizma-umeem-li-mi-berech-zdorove.html
  • teacher.bystrickaya.ru/glava-vii-otvetstvennost-za-narushenie-sanitarnogo-zakonodatelstva-zakon-ot-30-03-99-52-fz-o-sanitarno-epidemiologicheskom.html
  • textbook.bystrickaya.ru/itogi-gak-trudoustrojstvo-i-vostrebovannost-vipusknikov-upravlenie-kachestvom-podgotovki-specialistov-5-stranica-4.html
  • assessments.bystrickaya.ru/direktor-filiala-aviacionnogo-predpriyatiya-i-obshie-polozheniya.html
  • reading.bystrickaya.ru/kratkoe-soderzhanie-lekcij-po-kursu-obektno-orientirovannij-analiz-i-proektirovanie.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/urok-literatura-i-istoriya-po-rasskazu-e-n-nosova-zhivoe-plamya.html
  • holiday.bystrickaya.ru/novie-zhiznennie-prostranstva-dlya-detej-spb-izdatelstvo-peterburg-xxi-vek-1997.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/oao-investicionnij-bank-issik-kul-spravochnik-opublikovan-pri-podderzhke-proekta-razvitiya-mestnogo-rinka.html
  • institute.bystrickaya.ru/forma-3-smk-dokumentaciya-po-zaprosu-cen.html
  • spur.bystrickaya.ru/konspekt-provedeniya-zanyatiya-s-detmi-starshego-doshkolnogo-vozrasta-po-teme.html
  • writing.bystrickaya.ru/avtor-sostavitel-d-k-samin-stranica-2.html
  • literatura.bystrickaya.ru/rossijskij-gosudarstvennij-universitet-imeni-immanuila-kanta.html
  • knigi.bystrickaya.ru/sozdanie-bazi-dobichi-uglevodorodov-v-arhangelske-voshlo-v-strategiyu-razvitiya-szfo-informacionnoe-agentstvo-severinform-07122011.html
  • essay.bystrickaya.ru/ekonomika-predpriyatiya-stranica-6.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.